Прогресс и белочки

В последние годы мы в «ИСАР-Сибирь» задумались о том, что такое устойчивое развитие и есть ли оно в Сибири. А если нет, то что нужно сделать, чтобы было.

Пришли к выводу, что переориентировать сибирскую сырьевую промышленность на производство разнообразной продукции, обеспечивающей для начала внутренний спрос, - просто необходимо. Эти размышления частично были изложены в статье «Концепция экологической стратегии для Обь-Иртышского бассейна». И хотя большие начальники в Москве и большие ученые в Сибирском отделении РАН считают по-другому, они полагают, что главное назначение Сибири - быть источником сырья (изложено в документе «Стратегия Сибири: партнерство власти и бизнеса во имя социальной стабильности и устойчивого развития»), мы все же ищем ростки нового мышления на местах. Одной из таких возможностей представляется организация IT-технопарка в Новосибирском Академгородке. Его идеологи убеждены, что IT-парк способен не только производить самостоятельно в качестве продукта высокие технологии и продавать их, но и активизировать разработку, доведение до товарного вида и внедрение научных разработок Сибирского отделения РАН. Очень часто энтузиасты идеи IT-парка говорили о развитии региона как о прямом следствии реализации этого проекта. В чем видится это развитие и не сведется ли проект к возведению элитной недвижимости, да еще в Верхней зоне Академгородка?

Вполне естественно, что эти вопросы волнуют многих жителей Городка. Хотя в целом жители Новосибирска не столь внимательны к происходящему на южных рубежах мегаполиса. Не говоря уже о жителях других регионов Сибири. Между тем, Новосибирский Академгородок был для Сибири уникальным явлением, и его роль нельзя ни переоценить, ни отменить. Он - предмет гордости россиян, и тем более - сибиряков. Если он будет потерян, то по значению - это потеря национальной ценности.

Поэтому мы попросили Дмитрия Верховода, Управляющего делами СО РАН, рассказать подробнее о том, что намечается, развеять простительные сомнения.

Дмитрий Бенедиктович, Вы упомянули в начале разговора, что Городок, вернее Сибирское отделение, те задачи, для которых создавалось, - полностью выполнило. Вы уверены, что оно выполнило те задачи, для которых создавалось? Мне кажется, оно выполнило много, а вот те задачи, для которых создавалось, - не полностью выполнило.

Не знаю, те или не те, но с моей точки зрения Академгородок - это чрезвычайно успешный проект.

Безусловно, но поясню, что я имею в виду. Пятьдесят с лишним лет назад начали создавать Академгородок, конечно, для развития ВПК и более интенсивного освоения сырьевых ресурсов Сибири, но кроме этого - для развития экономики Сибири не только сырьевой направленности. Городок начал «экспортировать» идеи, развивалось более качественное образование, развивалась культура, но, тем не менее, задача несырьевого развития Сибири не была решена. Как на Ваш взгляд?

Ну, да, наверное, не была выполнена. На самом деле, те проекты, которые сейчас обсуждаем, - и IT-проекты, и особая экономическая зона, как раз те механизмы, которые должны позволить создать в действительности серьезный сектор инновационной экономики. Потому что, если посмотреть бизнес-план одного технопарка, то там написано, может быть чересчур оптимистично, что к 2010 году объем продуктов и услуг создаваемого парка должен достичь 10% ВВП Новосибирской области.

Городок строился по государственным программам для развития фундаментальной науки в первую очередь. В то время не было частных компаний, не было частного инновационного бизнеса.

За послеперестроечное время выросла совершенно новая отрасль, выросли вот эти IT-компании. Сейчас они сидят на площадях институтов, многим из них этих площадей не хватает, и, на самом деле, Городок для них не создавался, он создавался «тогда» и для других целей. Поэтому, моя точка зрения, надо теперь в рамках большого Городка строить маленький, уже конкретно для этого нового инновационного частного бизнеса.

То есть мы должны создать значимую в рамках региональной экономики структуру, чтобы она имела выработку в размере нескольких сот миллионов долларов и играла конкретную роль в экономике региона.

Она своей продукцией будет эти деньги зарабатывать или потянет за собой какие-то другие отрасли экономики?

Ну, всегда так и бывает, не одна отрасль экономики не является автономной, изолированной, поэтому, как правило, развитие одной из отраслей всегда тянет и соседние. Мало того, за такими проектами сразу тянется шлейф сопряженных мультипликативных эффектов - строительство, сфера обслуживания, торговли и повышение заработной платы в регионе.

А нельзя ли немного подробнее о механизме того, как проект «потянет за собой» что-то дополнительное, кроме строительства? У меня и части моих коллег довольно скептическое видение того, как строительство «вытаскивает» экономику, потому что и деньги мафии в Италии вкладывали в строительство, «отмывали» и ничего это не вытянуло. Сейчас Москва строит все и вся вокруг, вкладывая нефтяные деньги, и пока экономика...

Нет, ну строительство - не самая значимая часть этого эффекта. Трудно говорить обо всем, но я приведу конкретный пример. Одно из строительств, которое предполагается реализовать, в том числе, силами институтов Сибирского отделения в рамках технопарка, является создание нового мощного вычислительного комплекса для решения задач геофизики в разведке восточно-сибирской нефти. Речь идет о том, что геологические условия Восточной Сибири кардинально отличаются от тюменских. Те методы, тот инструментарий, те алгоритмы, одним словом, та наука, которая в свое время сыграла огромную роль в разведке запасов Тюмени и Западной Сибири, здесь неприменима. Значит, речь идет о том, что нужно пройти всю цепочку, начиная от создания общих математических методов новой геофизики. Там другие принципы: надо использовать, начиная от фундаментальной науки, математической геофизики и кончая сугубо прикладной - созданием конкретного вычислительного комплекса, который конкретно будет решать эти задачи. Она деньги будет зарабатывать на том, что будет предоставлять информацию нашим нефтяным баронам.

У сырьевиков будут зарабатывать деньги?

Да. Но мы говорим о том, что это позволит экономить средства на разведке, это позволит скорее зайти в эти проекты, а значимость этих проектов мы хорошо знаем, если вы читали новую концепцию развития Сибири. Она в том числе и сырьевая, но показывает, что реализация этих масштабных проектов позволит потянуть за собой в принципе всю экономику Сибири.

Мы говорим о том, что эти алгоритмы, эти вычислительные комплексы, которые предполагается сделать одной из частей IT-парка, позволят решать вот такие значимые в целом для всей страны проблемы.

Можно сравнить продукцию IT-парка с гормонами в организме. Они жизненно важны, скажем, как сигналы. И нужны структуры, способные эти сигналы, эти воздействия воспринимать. Если таких структур нет, - зачем нужны сигналы. Пока, по Вашим словам, эти сигналы способны воспринимать только сырьевики. И это хорошо согласуется с концепцией развития Сибири. Есть ли что-то, что нуждается в экономике несырьевого сектора в новых вычислительных технологиях, отрасли, готовое их воспринять?

Примеров отраслей, которые такой продукт готовы воспринять, немерено. Бизнес сейчас очень активно воспринимает IT-технологии. Я по своему опыту могу сказать, что то предприятие, которым я руководил, за очень короткие сроки столько всего навнедряло и приняло! Начиная с полной автоматизации не только бухгалтерского, но и управленческого учета, кончая тем, что одна из участников IT-парка - «Торнадо», была поставщиком контроллеров, которые полностью автоматизировали и оптимизировали работу котельных Новосибирского жирового комбината. Что позволило, в числе прочего, выйти на приемлемые экологические параметры. Экологические требования непрерывно ужесточались, но мы за ними поспевали, потому что было автоматическое отслеживание отходящих газов по восьми параметрам, и это все через контроллер управлялось. А что вы улыбаетесь?

Я живу в Новосибирске всю жизнь, и запах от жиркомбината в центре города никуда не исчез за эти десятилетия.

Так это же не запах котельной! Я, как ученый по своему начальному занятию, потратил много времени, в том числе и за рубежом, и получил однозначный ответ, что улавливать кетоны (причину запаха. - прим. ред.) современная наука не позволяет. Надо либо оказываться от расщепления жиров, что экономически, кстати, очень неэффективно, либо выносить предприятия за территорию.

Что касается котельной... На жиркомбинате было когда-то 2 котельных, в них 8 котлов и строилась третья котельная. Они при этом все питались мазутом и производили 85 тонн пара в час. На настоящий момент на жиркомбинате, при росте объемов производства в 7-8 раз, осталась одна котельная и в ней 5 котлов, и максимальная выработка в самый лютый мороз не превышает 35 тонн пара в час.

Это конкретный пример в том числе и полной автоматизации, когда решили все проблемы, сократили потери, оптимизировали диспечеризацию подачи и при общей повышении эффективности производства сократили кардинально экологическую нагрузку.

Но Вы говорили о многих отраслях, которые подтолкнут к развитию проект IT-парка.

Если говорить об отрасли, которая сейчас самая восприимчивая - это связь. Вы же понимаете, что вся цифровая связь, от низшего уровня до самого высшего, полностью основана на IT-технологии, она и есть IT-технология. Бурный рост систем связи сейчас самый востребованный. И она развивается в Сибири, и развиваются объемы предоставляемых сервисов, а это тоже полностью IT-технологии. Это внутренний рынок. Из крупных компаний, о которых мы говорим как о потенциальных резидентах, львиная доля работает на внутреннем рынке. Это с одной стороны хорошо, с другой - плохо, потому что говорит о том, что нет надлежащего выхода на внешний рынок.

Когда создавался Академгородок, концепция научного центра строилась как «городок в лесу». Из соображений вполне гуманистических, для воспитания толерантности, воспитания связи человека с природой, человека с лесом. На Ваш взгляд, это сейчас важно - сохранять Городок в таком виде или актуальность утрачена полностью?

Безусловно, это на 100 процентов актуально, и у меня даже мысли не возникает, что эти принципы можно попрать или от них отойти. Вопрос состоит в том, что надо найти разумный компромисс между сохранением принципов и потребностью в развитии. Я убежден, что если Городок не будет развиваться, то и лес никому не нужен будет, потому что жить в нем некому будет. Я не сторонник пессимистических прогнозов, но понятно, что один из худших вариантов развития Городка - это превращение его в спальный бомжатник. Даже элитный спальный район не получится. Поэтому развитие должно быть, и главная задачка состоит в том, как эти два требования между собой увязать.

Один из безусловных принципов этого увязывания - комплексность и масштабность проектов. Легко всю территорию застроить «курятниками», но при этом никаких проблем решено не будет, они только будут усугублены. Если будет расти плотность застройки и не будут, например, расширяться дороги - это неприемлемо. Или будет расти население Городка, но не будет обновляться инфраструктура. А делать и то, и другое нужно в рамках серьезных проектов, и самое главное - комплексных, чтобы они затрагивали весь комплекс проблем. Чтобы вместе с офисными зданиями обязательно строилось бы жилье, а к жилью - школы, общественные здания и все остальное. Чтобы новые офисы и особые экономические зоны не обошли своим вниманием университет. Мы прекрасно понимаем, что для нас, жителей Городка, оптимальной подпиткой является подпитка студентами и выпускниками университета. Потому что тогда мы не изменяем эту среду, не меняем эту общность. Она со школьной скамьи воспитывается. Поэтому, не обеспечив рост и развитие университета, нельзя на что-то рассчитывать. Для университета, думаю, финансирование в пределах 100 миллионов рублей нам удастся получить уже на следующий год. Очень значимый и, наверное, один из самых значимых проектов, без которого, как я уже говорил, все остальное не очень нужно, - это проект строительства второй очереди университета в составе главного корпуса, факультета информационных технологий, четырех общежитий и двух аспирантских общежитий.

То есть второй ключевой принцип - использование самых современных решений, встраивание этих архитектурных решений в действующую природную среду, и «местечковость» не нужна. Нам надо найти этот компромисс.

Я хотел бы, чтобы проект того же Конгресс-центра делала крупная международная компания, имеющая опыт строительс тва аналогичных объектов по всему миру, имеющая опыт строительства различных парк-отелей, строительства объектов, максимально встроенных в природную среду.

То, как сделали это отцы-основатели Академгородка, заслуживает всяческой похвалы и аплодисментов, и 2-3 сосны, растущие в трех метрах от торца университета, нас всех по-прежнему вдохновляют и умиляют. Но архитектурное решение самого университета, наверное, уже устарело. То, что будет там построено, должно быть гораздо интереснее и соответствовать самому высокому современному архитектурному уровню. Точно так же должны быть найдены и экологические решения. Например, бестраншейная прокладка коммуникаций. Но для того, чтобы делать бестраншейную прокладку коммуникаций, нужно, чтобы пришли соответствующего уровня архитекторы, инженеры, градостроители, которые все это умеют делать.

Когда закладывали Городок, он планировался на население примерно в 20 тысяч человек. Уже в конце 70-х эта численность была значительно превышена. Городок разрастался, появлялись новые микрорайоны, это тоже диктовалось необходимостью развития. Сейчас речь идет о том, что центр Городка нужно застраивать. Где «граница дозволенного»? На Ваш взгляд: от чего отступать нельзя, что можно в жертву развития принести и что - нужно.

Я думаю, что ответ на Ваш вопрос я точно не дам. Это как вопрос к Господу Богу, он слишком ответственный, и эту грань каждый раз надо искать по-новому, потому что она не может быть оторвана на момент принятия решений от текущих социальных, экономических и прочих реалий. Никто не может раз и навсегда провести эту черту и сказать: вот так и никак иначе. Эта черта подвижна, она все время будет корректироваться, поэтому ее надо все время искать. Ее найти можно при четкой проработке всех возможностей, а с другой стороны - путем некоего компромисса между сторонниками и противниками. Всегда найдутся люди, которые скажут: не надо здесь ничего строить, нам и так здесь комфортно и … «Геть!». У них своя логика. А есть студенты университета, которые говорят: нам здесь делать нечего, закончим университет и уедем, здесь негде ни жить, ни работать.

Но ведь емкость Академгородка конечна, и студентов, даже талантливых, выпускается больше, чем может остаться. Все равно эта проблема встанет, не сейчас, так через 10 лет. Не будет ли так, что развитие, потребует… компромиссов и оставят лишь две «исторические сосны» у Университета, которые берегли первые строители?

Однозначно, нет! Я с самого начала сказал, что принципы надо соблюдать. Всегда можно провести физическую проекцию и сказать, что мы за нее никогда не заступим. А с другой стороны, работа, которая была проведена по генплану развития Академгородка, показала, что есть территории, которые без существенного урона для экологии, для среды обитания можно застроить и при этом общую, интегральную комфортность жизни Городка - повысить. Нельзя же подходить однобоко! Условно говоря, белочка, которая сидит на дереве напротив моего окна, не равна ржавой воде, которая течет из моего крана. Если вода будет ядовитая, то и белочка не шибко-то нужна. Если человеку негде работать, студенту некуда пойти после окончания университета, проклянет он эту самую вашу белочку и лес вместе с ней взятый. Поэтому я говорю, что проекты должны быть комплексными, они должны решать целый комплекс проблем. И тогда они станут понятны и воспринимаемы.

То, что есть потенциал развития Городка - это же великолепно! Могло же быть совершенно обратное, могли наступить такие экономические условия, когда сюда инвестора за любые коврижки, за любые поблажки не затащите. Это если он поймет, что здесь жизни нет, здесь экономики нет. И то, что специалисты Городка востребованы, что сюда готов прийти бизнес,- это просто замечательно! Говорить о том, что он будет непрерывно-восходящий на протяжение … уже 20 лет - это было бы просто замечательно! Опять же наша невосприимчивая к инновациям экономика, не выстроенная система от фундаментальной разработки до внедрения продукта и продвижения на рынок. Если ситуация не изменится, то рано или поздно и ученые эти никому не нужны будут. Нам всем объяснят: ребята, никому не нужна эта ваша российская наука, она себя полностью исчерпала и тешьте себя воспоминаниями об атомном проекте!

Вы патриот Городка?

Да, конечно.

А что, по-вашему, - патриот Городка?

Ну, я говорю за себя, не претендую на общее понимание. Для меня патриот Городка - это прежде всего, патриот университета, потому что для меня университет - ворота в Городок. Вся среда обитания здесь начинается с университета, даже если люди в нем не учились, они как-то связаны с ним - преподают и так далее.

Это особая человеческая атмосфера , это тоже самое важное. Это дух, это творческая атмосфера, которая пронизывает все, начиная от того, как люди трудятся на своих рабочих местах, кончая тем, как они отдыхают

Это культурная среда, которая здесь есть и которая тоже очень дорога, потому что у Городка есть свое культурное лицо.

Ну и потом наш Городок - как Городок, как поляна, дома, улицы, пляж на Обском водохранилище, Яхт-клуб и все остальное.

Беседу вела Наталья Чубыкина

СОДЕРЖАНИЕ